Интервью Президента НАСКТ Панченко Ольги Владимировны с Pro-Am дуэтом года Асей Ткачёвой и Денисом Каспером

31/05/2013

Ольга Панченко: В первую очередь хочу поздравить Вас с таким замечательным достижением - «Pro-Am дуэт года» по версии НАСКТ.
В России уже много пар, которые представляют движение Pro-Am и  которые во многом уже  могут соревноваться  с профессионалами. Быть первыми среди них - это не только высокая награда, но и результат огромного труда.
Расскажите, как танцы заняли такое важное место в вашей жизни. О Денисе, я, например,  читала, что он пришел в танцы самым красивым способом: ему очень понравилась девочка, и он пришел за ней в танцевальный клуб.

Денис Каспер: Да. (Смех). 

ОП:  Кстати, с этой уже девушкой Вы поддерживается какие-то отношения? Где она сейчас? 

ДК: Через некоторое время она уже перехотела танцевать, но именно из-за нее я и пришел в танцы, это правда!  

ОП:  Сколько Вам было лет?

ДК: Лет 7-8, но это вот в начальных классах было.  

Ася Ткачёва: Денис проявил больше постоянства, чем та девочка, которая ушла.

ДК: Да, она меня сподвигла.  

ОП:  А мы ей теперь все очень за это  благодарны!
Ася, а что произошло у Вас? Какая тропа Вас привела в танцы?

АТ: Я в 2008 году закончила свою работу на телевидении, а до этого 10 лет я работала  на тогда ещё нравственно-правовом всероссийском канале «Дарьял-ТВ» с Аркадием Александровичем Вайнером.  

ОП:  Нравственно–правовом…

АТ: У Аркадия Вайнера была такая группа единомышленников, был свой детектив-клуб, очень много писателей и журналистов, актёров, то есть это был своеобразный культурный канал. Я, собственно говоря, и  начинала с того, что в 6 часов утра появлялась на экране, и это было постсоветское  ретро  - говорящая голова, которая вещала: «Доброе утро, уважаемые телезрители, сегодня в 7 часов утра вы увидите фильм, в 8 часов утра зарядка и т.д.»,  т.е. вот так. Далее мне доверили вести ток-шоу в прямом эфире, которое изначально подразумевалось как общение только с людьми из шоу-бизнеса, но затем аудитория выросла, и я стала приглашать к себе в гости не только музыкантов, но и известных политических деятелей, врачей, писателей. Самой высшей наградой для меня были моменты, когда во время эфира в аппаратную звонил сам Аркадий Александрович Вайнер и говорил: «Мы с супругой с интересом смотрим ваш сегодняшний эфир, Софье Львовне (жена А.Вайнера) нравится». Потом нас перекупил шведский медиа-холдинг Modern Times Group, которому принадлежит СТС-Медиа Россия. И мы ездили на стажировку в Швецию и привезли в Россию линейку музыкальных программ ZTV. На каждый день недели – от новостей шоу-бизнеса до программы по заявкам. А в 2008 году СТС-Медиа плотно заинтересовалась каналом  и приняла решение, что будет полностью меняться формат, сделают из этого такое мужское телевидение, которое теперь мы знаем под названием канал «Перец». Не знаю хорошо или плохо это у них получилось.  

ОП:  Какой большой путь – от нравственно-правового до «Перца» (смех).

АТ: И в 2008 году у меня появилось много свободного времени, сыну было уже 4 года, и я поняла, что нужно что-то сделать для себя приятное и решила пойти заниматься танцами. И вопрос о том, в какой клуб идти, для меня не стоял, это был сразу «Галладэнс», потому что в тот момент «Галладэнс» был и сейчас остаётся одним из лидеров танцевального движения, он был у всех на слуху, тем более я жила рядом, в Барвихе, и конечно - «Галладэнс Барвиха».  

ОП:  И какие были Ваши первые впечатления?

АТ:  Прежде всего я хочу сказать огромное спасибо  Михаилу Спорыхину, который провёл мой самый первый урок; когда я пришла в клуб, и он спросил: «Ася, что Вы хотите?», я сказала: «Я не знаю», «А какую музыку вы любите?», «Вообще-то, знаете, я рок-музыку люблю». «Мы подберём для Вас интересное направление», - сказал он и включил такую замечательную чачу, такую аутентичную инструментальную музыку, чем меня очень сильно заинтересовал. Я подумала «Боже мой, какой пласт музыки неизведанный», несмотря на то, что у меня семья музыкальная и папа музыкант, у меня высшее музыкальное образование… Кстати, мы свои практики проводим именно под такую музыку, это, например, Tito Puente, Johnny Colon, John Costanza, Buena Vista Social Club и так далее…  

ОП: А когда сложился Ваш с Денисом танцевальный дуэт?

АТ: А Денис появился спустя год, наверное, да, он в марте 2009 года пришёл в клуб, а я пришла в марте 2008 года, и так получилось, что мне позвонили из клуба и спросили: «Ася, Вы знаете, что у нас есть такой замечательный партнёр, как Денис Каспер?» Я сказала: «Нет, я такого не знаю». А мне говорят, что я должна обязательно с ним познакомиться, но я не имела раньше к миру танца никакого отношения абсолютно. Поэтому для меня это было открытие, и имя Дениса Каспера для меня тоже было открытие. Я впоследствии узнала, что есть такая замечательная пара, была такая замечательная пара Ксения и Денис Каспер, для меня они до сих пор являются эталоном танцевания,  и с Ксенией мы очень много занимаемся, когда она приезжает.  

ОП:  Денис, с Вашими наставниками, с Ильей Даниловым, Татьяной Рыбалко Вы большую часть вашей танцевальной жизни провели вместе. Что для Вас учитель?  Это же не просто человек, который учит Вас шагам и каким-то правильным движениям. Наверное, это уже больше  наставник, не только в профессиональном смысле слова, но и в психологическом и  нравственном тоже. Как  Вы себя чувствуете в этой роли по отношению к Асе, потому что Вы её ввели в мир танца, в какой-то степени Вы ответственны за нее?

ДК: Спасибо за вопрос, на самом деле это очень важный момент, и как я отношусь вообще к учебному процессу  –  для меня это очень серьёзно, я всегда ценю и ценил и продолжаю ценить всех своих учителей, у меня их было не так много. Потому что я считаю, что можно двигаться по разным направлениям, многие мои коллеги и ребята, с которыми мы в одной время танцевали, очень часто меняли педагогов – возможно, это и правильный путь, но я старался сохранить одного, мне было так проще.  

ОП: Это связано с особенностями Вашего характера?

ДК: В силу моего мышления я всегда всё систематизировал,  для меня был важен именно учебный процесс. И надо отдать должное моим учителям - Илье Данилову и Татьяне Рыбалко - я их сразу зауважал, они очень чётко доносили информацию и очень систематизировали и тоже ценили все те знания, которые в свою очередь получили от иностранных преподавателей. И у меня даже не возникало мысли, чтобы уйти куда-то на сторону, меня всё устраивало.
Может быть, ещё тот факт, что я переехал в Москву из периферии. Я-то вообще родился в Средней Азии и начал увлекаться танцами там. И мы были очень голодными в хорошем смысле слова - энтузиазм буквально перехлёстывал, и естественно,  я рвался в Москву очень сильно. Потом мы переехали по стечению обстоятельств в город Уфу, приглашали их туда, я продолжил свой учебный процесс, который начал с ними в Киргизии, они меня заинтересовали, окончательно увлекли в мир танца, и в 1995 году наконец-то мне удалось вырваться в Москву.  

ОП: Как сложился ваш переезд в Москву?

ДК: Я поступил в институт, приехал на одном энтузиазме - ни денег, ничего, одно желание:  танцевать, и, кстати, в тот период очень много было приезжих танцоров, которые добились успехов. И Илья Данилов с Татьяной Рыбалко мне очень помогали, чуть позже приехала Ксения, и мы начали свое развитие, и как-то пошло–пошло–пошло, и работа появилась вдруг - мы начали преподавать и зарабатывать на своё развитие, и мы были с Даниловым где-то до 2003 года. Мы были преданы нашим учителям, и для нас это было очень важно, действительно как семья - очень доверительные отношения, мы безумно их уважали, и они к нам относились как к собственным детям.  

ОП: Но всё таки пришлось расстаться. Птенцы выросли из гнезда?

ДК: Да, настал такой критический момент, когда мне захотелось чего-то большего, нового, другого. И сначала меня мучала совесть, но потом я себе сказал  - если я сейчас этого не сделаю, то потом буду всю жизнь жалеть. И у нас был разговор с Ильей Даниловым, я попытался объяснить ему  необъясняемое, свою позицию, зная его характер… Естественно, он меня сразу не понял, потому что он очень амбициозный человек, и не мог понять, как я так поступил…
Настал такой момент, когда мне захотелось ещё большей глубины, я всегда тянулся к такому танцору, как Аллан Торнсберг, мне нравился его стиль, его харизма. Когда мы приехали с Ксенией в Данию, он мне вскрыл окончательно мозг, сначала вскрыл, потом его же разложил по полочкам – вот это сюда, вот это туда, вот это так… Для меня этот педагог очень подошёл, это как раз моё – мне нужно, чтоб всё было разложено, чтоб была чёткая система преподавания, он так логично мне всё объяснил, сложил это паззл, я нашёл ключ и понял, что не каждый хороший танцор, который танцует в Финале мира, в Финале Европы, находит такие ключи.
Мне это очень помогло, я начал пользоваться этими инструментами, и мне стало гораздо интереснее в жизни танцевальной. Плюс мы ещё, конечно, очень сдружились, стали как семья, постоянно приезжаем к Аллану, сейчас он в Америке живёт, мы к нему и туда ездили, и сейчас очень тесно общаемся.

ОП: Как Ваши отношения с Ильей и Татьяной складываются сейчас?  

ДК: Слава богу, мы всё таки наладили отношения  и сейчас стараемся их поддерживать. Мы, к сожалению, очень редко видимся из-за обстоятельств,  но у нас уважительные отношения, и слава Богу.

ОП: Вам самому удается использовать его метод преподавания в работе с учениками?  

ДК: Безусловно, да! Те  ключевые моменты, которые он в меня вложил, я стараюсь передать и своим ученикам, и мне очень приятно, что Ася, как ученица, которая начала заниматься со мной – полностью доверилась мне, потому что здесь очень важно доверие, если нет доверия – всё рушится. Доверие - это стимул, который движет. Я очень благодарен за то, что она дала мне такую возможность, это позволяет мне мои творческие находки реализовывать.

ОП:  Денис, скажите, Вы с Ксенией довольно долго танцевали вместе. Возможно несколько избитый вопрос, но тем не менее: каково это - танцевать с родной сестрой?  

ДК:  Да, часто задавали этот вопрос. Мы встали с Ксенией по необходимости, я уехал в Москву немного пораньше, может, первые полгода я жил без мамы и Ксении, с папой, который работал в Москве на тот момент. Хотя в принципе мы в Средней Азии ещё вместе танцевали. Нам было проще, мы ни от кого не зависели, все решения вместе принимали, и таким образом проще иметь успех на первом этапе, мы были голодны до танца, был энтузиазм!
Но танцевать нам  было сложно в каком аспекте – для меня танец это театр, это игра, кто бы ни говорил, что в танце нужно показывать любовь, все эмоции идут не от лица, а от тела, когда люди танцуют по восемь лет вместе, они по большому счету становятся братом с сестрой, если тем более они профессионально смотрят на какие-то вещи. Соответственно и мы воспринимали это таким образом, мы вообще абстрагировались от того, что мы брат и сестра. Мы могли ссориться, могли чуть ли не драться, но тут же через десять минут, когда ты остываешь, всё движется дальше.

ОП: А с кем танцевать проще: с сестрой или с супругой?  

ДК: Вот в этом смысле с Ксенией  мы были эмоционально-стабильной парой. Когда мы с Ксенией расстались на какое-то время,  я танцевал с Марией, со своей супругой, полтора или два года – тут я понял разницу. Когда начинаются проблемы и какие-то недопонимания: с Ксенией мы быстро находили общий язык, обид никаких не было, а тут обиды могли на день-два затянуться,  т.е.  любящие люди друг друга не могут простить сразу, и это проблема, которая касается всех пар, вот почему многие часто расстаются. Нам с Ксенией в этом смысле было гораздо проще, и поэтому мы были вместе в течение многих лет.

ОП: Ася, а Вам хотелось как-нибудь  взять - да и поменять педагога?  

АТ: Сразу скажу – очень приятно танцевать с опытным партнёром, таким, как Денис, потому что очень многие сомнения сразу отпадают. Конечно, у нас бывают моменты, когда есть разногласия. Но Денис до сегодняшнего дня меня постоянно убеждает в своей правоте, и не просто голословно, а на практике показывает, потому что, я повторяюсь, – то, что он впитал от своих учителей, он активно несёт через свою жизнь. И с ним очень интересно, потому что он не только тренер, не только практик, но и теоретик. У меня исписана не одна тетрадка, поэтому всё это подкреплено ещё и теоретическими знаниями, что для меня тоже очень важно.

ОП: У вас всегда очень красивые шоу-номера, помните ли Вы Ваш самый первый выход?  

ДК:  Самый первый выход-шоу… Все наши номера, это только румбы…

АТ: Неправда! Совсем не только румбы!  

ОП: Мне кажется, это было на самом первом «Prestige cup»  в отеле «Ренессанс».

АТ: Да, верно! Это был джайв!  

ДК: А, точно! Это был свинговый джайв с чачей, это была проба пера, потому что мы несколько месяцев как встали в пару и решили сделать шоу.

ОП:  Чья это была идея - сделать номер? Многие  собираются, но так и не решаются.  

АТ: Я изначально была настроена на то, чтобы танцевать шоу, танцевать конкурсы, я люблю сцену. Для меня это отдельный мир, когда ты выходишь на сцену, чувствуешь особую энергетику, и ты получаешь безумное удовольствие от этого. Причём я хочу сказать, что мы уважаем абсолютно всех, с кем мы выходим на один паркет; всегда очень сильные соперники, очень красивые женщины, успешные. И, конечно, очень сложно конкурировать, но ради этой энергии, которую я получаю на сцене,  того удовольствия, которое мы получаем, танцуя совместно, – мы и будем продолжать танцевать.

ОП: У меня к вам вопрос такого толка: изначально Pro-Am задумывался не как спортивное состязание, существовала идея тематического светского общения, т.е. люди собираются, танцуют, выступают, у них есть общее увлечение, это скорее идея завести новые связи, скрасить свой досуг. Почему-то именно в России Pro-Am превратился в такой жёсткий, конкурентный  спорт  – битва на паркете.  Как Вы лично к этому относитесь и что Вы думаете по этому поводу?  

ДК: На самом деле эта тема очень важная, именно сейчас, когда настает переломный момент в Pro-Am движении. Вообще у нас в России оно зародилось очень быстро, стремительными темпами. И Россия такая страна, возможно, это ещё и зависит от менталитета, мы всё привыкли делать по максимуму,  у нас либо так - либо никак. Детское танцевание у нас на высшем уровне, все удивляются, как так ваши дети танцуют, потому что с детства родители твердят: ты должен танцевать, дети вышколенные, реально на всех чемпионатах они первые – ок, мы этим можем гордиться!

АТ: Я хочу сказать, что можно сочетать и просто танец как образ жизни, и можно выходить соревноваться на паркет, просто при этом очень важно понимать, что если ты выходишь соревноваться, особенно в сильной категории, то безусловно будут разочарования и эмоции будут по динамике скакать, такая эмоциональная диаграмма, и если человек к этому не готов, то, наверное, лучше не нужно туда идти. 
 

ОП: Я слышала, когда пары стоят в коридоре, причем они могут мило друг с другом общаться, и партнёрша говорит своему партнёру - мы сейчас должны разорвать этих людей, ты понимаешь, просто уничтожить! Я лично была свидетелем, когда люди после неудачного выступления уходили вообще из танцев, причём они почему-то считали, что они должны получить призовое место, и уходили крайне разочарованными, если они были не первыми, а… четвертыми. И это была страшная трагедия, жизнь просто останавливалась. С чем это связано? Это такой русский характер у женщин – вот нужно обязательно мериться:  либо платьем, либо партнёром, либо призовым местом?

АТ:  Я лично знаю несколько пар, которые расстались именно по этой причине. А некоторые перестали танцевать и участвовать в конкурсах, потому что считают, что в них все призовые места проплачены и куплены. Но позвольте, мы же платим деньги за уроки, и если мы ещё будем платить деньги и за места, то всё вообще превращается в какой-то абсурд.
Если хочешь побеждать - приходи в зал, тренируйся, делай свой максимум, и если у тебя в силу каких-то объективных обстоятельств, причин что-то не получается, я не считаю, что это повод бросать такое увлечение, потому что танцы -  это в первую очередь возможность выразить себя. Ты слушаешь музыку, тебе нравится музыка, у тебя есть тело – это твой инструмент. Всё, там больше нет никаких возможностей. Ну есть ещё актерские способности, у кого-то есть, у кого-то меньше-больше,  ну вот так критично воспринимать ситуацию, что всё, я бросаю, я ухожу, жизнь кончена – возможно это склад характера такой, потому что в танцы в основном приходят женщины успешные, добившиеся в жизни многого, и такое чувство нереализованности на паркете заставляет их задуматься о том, что они недостаточно хороши, а на самом деле это просто стечение обстоятельств: сегодня ты не первая, завтра ты первая, просто приходи, тренируйся, делай свой максимум, и когда-то настанет тот час, когда ты будешь стоять на пьедестале.  

ОП: Денис, а Вам не кажется, что партнёры-преподаватели часто настраивают своих партнёрш на такую спортивную победу?

ДК: В Pro-Am движении если уж люди начали заниматься, они вкладывают помимо денег ещё душу, и они хотят обратного результата, и поэтому спортивность может иметь место, и мы должны это принимать. Естественно, очень многое зависит от преподавателя, и та установка, которая должна быть от него  изначально - она может здорово  стабилизировать.
У преподавателей у самих вот эта конкурсная составляющая важная, и когда они встают в пару, они продолжают мотивировать – мы должны быть первые, да ты смотри, мы лучшие. И, понятно, это подкрепляется, студент это впитывает, плюс ещё и мы же разные люди и много зависти. Вообще в шоу-бизнесе всегда будет какая-то зависть, то, что связано с красотой, неизбежно порождает: о, у той платье лучше, у той шоу; то такой у них классный лук сегодня, то смотри, как она вырядилась…  

АТ: А потом на форумах начинается…

ДК: Именно поэтому это всё приводит к тому, что когда мы приходим на Champions Ball, на Moscow Ball, на потрясающие красиво сделанные турниры - глаз восхищается, и реально гордишься тем, что в России так Pro-Am развит, все иностранцы говорят – это вау! А на самом деле понимаешь, какая опасность кроется – на картинках красиво, но в кулуарах … там такая борьба – насмерть! И выживать, выходить из этого нужно путём разговоров, путём понимания, что место - это ничто, сегодня  ты первый, завтра – второй, третий… самое главное – что ты несешь, как ты танцуешь, как ты показываешь это публике. Здесь не обманешь, то, что ты сделал, твой продукт – он не делается быстро, он делается поступательно, и вот это самая главная оценка – на это нужно настраиваться.    

ОП: Денис, у вас не так давно закончилась ваша профессиональная карьера. Как вы себя чувствуете в новом статусе?

ДК: Я в своей жизни добился тех побед, которых хотел, и сейчас отношусь к танцам как к любимой работе, которая приносит мне удовольствие.
А я, благодаря тому, что у меня такие ученицы, как Ася, которая даёт возможность раскрыть мой творческий потенциал, до сих пор нахожусь в форме, т.е. я не просто стал преподавателем, я ещё сам танцую и получаю от этого удовольствие. Но я не хочу, чтоб это перерастало в спорт, возвращаться опять в карьеру, чтобы танцевать, и бояться, что там надо больше спорта, надо больше двигаться – такая мотивация не для меня. Да для меня в принципе, когда я в танцах был, танцы не были спортом. Меня учили не через призму спорта на танцы смотреть. Ну понятно, что когда мы танцуем - мы в форме, и достаточно. Хорошо, когда человек танцует, и это позволяет ему быть в форме, но не нужно слишком всё утрировать и переводить это в спорт, потому что в результате всё получится так, что будут одни амбиции, а удовольствия нет, удовольствие будет растворяться. Это даже в профессиональных танцах опасный момент.  

ОП: Вы наверняка участвовали в турнирах за границей и активно участвуете в отечественных турнирах. Ваши впечатления: чувствуете ли Вы какую-либо разницу в судействе, организации, настрое самих танцоров?

АТ: Я хочу сказать по поводу прошедшего недавно Daikin Champions Ball. Безусловно, это самый лучший турнир в нашей стране, по моему мнению, - точно. По мнению тех иностранных судей, которые приезжали,  того же Джона Кимминса и других  - это лучший турнир, и они такого не видели - что наш Pro-Am помимо того, что очень развит, в нём очень красивые женщины, великолепно танцуют. Дидио Баррера на сайте dancebeat.com прекрасную статью написал, в которой сравнил прошедший Daikin Champions Ball с Ohio Star Ball и USDC вместе взятыми по уровню танцевания в категории Scholarship Latin A. Сказать, что было какое-то предвзятое судейство, невозможно, потому что если посмотреть бегунки по оценкам - все судили так, как считали нужным: кто-то судил одно, кто-то совершенно другое, у каждого своё – кому-то нравится, кому-то не нравится. Но и помимо этого, я считаю, что у нас в Москве есть турниры, где судьи могут судить предвзято, но это не турниры Ассоциации НАСКТ.   

ДК: Я просто тоже хотел добавить по поводу судейства: тут мы не должны ждать идеальной системы оценки, потому что изначально это субъективный вид. Всегда будет проигравший, всегда будет выигравший. Сегодня так, завтра так. Мы можем сказать только в общем, что мы пригласили независимых судей, и это может быть объективным с точки зрения организации.

ОП: А как вы с профессиональной точки зрения оцениваете иностранные пары? Есть ли принципиальные отличия от подготовки российских пар?  

ДК: У них есть свой рейтинг, они знают, что вот эта пара классная… Но что мне понравилось, что они танцуют со своими преподавателями, у них все преподаватели в танцах – потому что у них система такая. У них нету клубной системы, изначально когда ты в карьере, у тебя только один вариант – заниматься Pro-Am, поддерживать эту систему, поэтому профессиональные танцоры вынуждены зарабатывать деньги таким образом, они первую половину дня танцуют со своими студентами, вторую половину дня они могут танцевать профессиональные турниры, и вечером можно посмотреть, какой у них уровень. Мне было интересно сравнить наши уровни. Я могу сказать, что мы спокойно могли бы конкурировать, по каким-то параметрам наши ученики даже лучше.  Но потом они смотрят все на турнир профессиональный, где их тренеры, их партнёры сами участвуют. И это они очень ценят, потому что там действительно танцоры, которые оставаясь в карьере, ещё очень хорошо танцуют, со своими партнёршами. И это ценится студентами, и они сидят вечерами и каждый болеет за своего преподавателя, и у них проходят закрытые чемпионаты Америки, и это тоже очень интересно и объединяет. У нас же как происходит – в Pro-Am движении многие преподаватели уже не танцуют турниры. А когда не танцуешь – тебя как преподавателя уже не так ценят. Это не очень хорошая тенденция, и причина, по которой многие студентки уходят к действующим танцорам. Но действующий танцор не всегда хороший преподаватель и педагог. Это тоже важно понимать при таких решениях.

ОП: Денис,  в качестве совета тем ребятам, которые считают, что вот сейчас спорт закончится и всё, что я буду делать, и они цепляются за эти все достижения до последнего - что бы Вы порекомендовали?  

ДК: Я думал на эту тему и раньше всегда давал рекомендации, доказывал, мол вы что не видите что ли – вот это правильно; я раньше такие ошибки делал – убеждал людей, потом понял, что невозможно убедить, я лишь могу посоветовать. Я понимаю, что те ребята, которым сейчас по 20-23 года, они мыслят по-другому, они хотят танцевать, и подойти к человеку и сказать, что я уже заранее знаю, что с тобой будет к 40, тоже нельзя. Это амбиции, им хочется танцевать, и они будут танцевать. Я лишь могу посоветовать – вот есть вариант, есть такая возможность, если ты понял, что ты хочешь завершить свою танцевальную карьеру, ты можешь продолжать творчески развиваться, танцевать в немножко другой плоскости, и у тебя есть возможность прийти, допустим, к нам на работу устроиться. И только таким образом. Потому что заставить человека прекратить свою карьеру нереально, я сам был таким.

ОП: Ась, для многих, кто только начинает заниматься, Вы являетесь звездой, кумиром.  Вы красивая, элегантная. Это действительно так, я общаюсь  с клиентками, которые только начинают танцевать в клубе, и слышу: «Ой, Ася Ткачева! Какая она! Сколько же она танцует, она, наверное, в прошлом  профессиональная спортсменка!».  Что бы Вы им порекомендовали, посоветовали?      

АТ: Я хочу сказать словами великих: «Когда мы счастливы - мы танцуем. Когда мы танцуем - мы иногда счастливы». Поэтому я хочу посоветовать всем, кто только пришёл учиться танцевать – наверное, испытывать больше позитива от занятий. Не только от выступлений в шоу-номерах и турнирах, но и просто от занятий, от практики, получать удовольствие, жить сегодняшним моментом, потому что танцы привносят в жизнь чувство наполненности каждой минутой,  ты проживаешь именно тот момент жизни, в котором находишься. Поэтому наслаждайтесь, танцуйте, получайте удовольствие! Что-то всегда будет не получаться. И это что-то очень большое понятие, и будет не получаться долго, это жизнь, такое бывает. Но оно обязательно когда-нибудь получится, и обязательно тот кусочек успеха, который каждый хочет получить, – будет у Вас. Поэтому – танцуйте, получайте удовольствие!


   

Вход для действующих членов МАСКТ

Актуально

Интервью Михаила Спорыхина с Леонидом Плетневым и Олегом Черновым о судействе в Pro-Am
22/07/2014

Интервью Директора по Pro-Am НАСКТ Михаила Спорыхина с Леонидом Плетневым и Олегом Черновым о судействе в Pro-Am

Интервью Президента НАСКТ Панченко Ольги Владимировны с Pro-Am дуэтом года Асей Ткачёвой и Денисом Каспером
31/05/2013

Интервью Президента НАСКТ Панченко Ольги Владимировны с Pro-Am дуэтом года Асей Ткачёвой и Денисом Каспером